Вверх страницы
Вниз страницы

Bleach. Changing History, Unchanging Heart

Объявление

Добро пожаловать на ролевую по манге Bleach. Наша игра стартует с того момента, как Ичиго и друзья вернулись из Сообщества Душ, а Айзен только начинал планировать свое вторжение. Воспользовавшись этой ситуацией, Ванденрейх, наблюдающий за развитием событий из тени, наконец решился сделать первый шаг. Тип игры - эпизодическая, рейтинг R.

СОСТАВ АДМИНИСТРАЦИИ

Наука – полководец, и практика – его солдаты - Иноуэ Орихиме

Когда все рушится, надо кого-то немедленно припереть к стене - Жизель Жевель

Иногда стоит сделать странный выбор, чтобы понять, насколько ты прав. - Улькиорра Шиффер

Сказать то, что думаешь, порою величайшая глупость, а порой — величайшее искусство - Тиа Халлибел

Расследование — это цепь подозрений, которые требуют проверки - Курогане Юкио

Правосудие следует рассматривать как воздание каждому своего. - Айзен Соуске

Нет ни искусства без упражнения, ни упражнения без искусства - Хирако Шинджи

Неизвестная опасность изматывает сильнее, чем самая жаркая битва - Саругаки Хиори

Убегая сломя голову, не смотря под ноги, есть риск вляпаться похуже - Абарай Ренджи

Нельзя спасти того, кто не хочет быть спасён - Куросаки Ичиго

Необходимости приходится подчиняться - Тиа Халлибел

Как трудно молчать, когда тебя не спрашивают - Гремми Тумо

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach. Changing History, Unchanging Heart » Storyline » Иногда стоит сделать странный выбор, чтобы понять, насколько ты прав.


Иногда стоит сделать странный выбор, чтобы понять, насколько ты прав.

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Место действия: Уэко Мундо. Лас Ночес.
Участники: Улькиорра Шифер и Заэль Аполло Гранц
Предыстория: Возвращение Заэля оставило не мало вопросов. Основной целью его визита в мир живых - была информация о доселе неизвестном противнике. Однако вместо действительно полезных данных о квинси, Октава привел с собой человеческую женщину. Улькиорра своими глазами видел способности Иноуэ Орихиме, однако не смотря ни на что, она все еще остается обычным человеком. К тому же недавнее происшествие с Неллиел не выходило у него из головы. Внутреннее чутье подсказывало четвертому в Эспаде, что все здесь не так просто, как кажется. Улькиорра решает нанести визит в лабораторию Заэля и задать ему пару вопросов...

+1

2

Как и предполагалось, с помощью силы Хогиоку Айзен-сама вернул Неллиел её первоначальный облик. Вопрос, каким образом бывшая Терцеро стала ребенком оставался открытым, и Шифер интуитивно подозревал неладное. У него не было ни информации, ни доказательств, все подозрения Улькиорра держал при себе. Девушка пропала неожиданно, вместе со своей фракцией, и никто в Лас Ночес не смог дать дельное объяснение. Замена на третье место нашлась довольно оперативно, и вскоре про исчезновение попросту забыли, даже сам Улькиорра. Почему? У него были более важные на тот момент дела, и что случилось с Неллиел его вовсе не интересовало. До настоящего момента. До момента, пока Кватро не нашел её в пустыне в облике ребенка, со сломанной маской и явными провалами в памяти. Одершванк вряд ли сама себе сломала маску или допустила подобное в каком-нибудь сражении.
Не только случай с Неллиел волновал Улькиорру, но и неожиданное вторжение квинси в Уэко Мундо. Шифера нисколько не волновали ни смерть Зоммари, ни ранения Старрка.  Сам Кватро не сталкивался с противником лично, поэтому не мог сказать о них ничего определенного: действительно они так сильны, или им просто повезло, что они заставили арранкаров врасплох? Тем не менее, незваные гости сдвинули планы Айзена-сама, Владыке пришлось принять меры, чтобы предупредить последующие атаки, которые наверняка состоятся в будущем.
Шифер ровным и твердым шагом шел по коридору Лас Ночеса. Ему редко доводилось бывать в этой части замка, но ситуация того требовала. Чтобы собрать необходимую информацию о квинси, в Генсей был послан Октава Эспада, и Улькиорра считал это задание вполне ему подходящим. Заэль действительно вернулся не с пустыми руками, однако, практически не сделал ничего, что от него требовалось. Вместо важных данных о враге Гранц притащил в Уэко Мундо рыжеволосую женщину, Иноуэ Орихиме, способности которой могли сослужить хорошую службу Айзену-сама. Улькиорра видел её лично ещё во время разведки в Генсее, и сразу отметил, что она выделяется среди прочего мусора своей уникальной силой. Несмотря на это, для Шифера Иноуэ не поднялась на высокую планку и так осталась обычным человеком. Человеком, которого было легко поймать в любое время. В спешке и спонтанных решениях не было никакого смысла, и возможно Кватро проигнорировал сей факт, если бы Заэль качественно и точно выполнил порученное задание, но Октава этого не сделал.
«Несложно догадаться, что у него на уме. Наверняка планирует эксперименты… Как глупо»
Шифер шел к лаборатории Октавы, поскольку у него были вопросы, на которые он хотел знать ответы. Или, по крайней мере, выслушать мнение Заэля, как ученого, относительно некоторых моментов. Возможно, именно Гранц сможет пролить свет на тьму и попытается объяснить ситуацию с Неллиел. Улькиорра посчитал, что Заэля должен был заинтересовать данный случай. Превращение Эспады в ребенка не так часто увидишь.
- Заэль, - начал Кватро, когда наконец достиг стен лаборатории. – Ты в курсе последних событий. У меня есть к тебе несколько вопросов.

+3

3

Гранц уже около часа сидел почти без единого движения на своём рабочем месте в лаборатории, откинувшись в кресле и отстранённо глядя перед собой в пространство. Его правая рука небрежно лежала на подлокотнике, словно была лишена любых признаков жизни; левой же октава, сам того уже не замечая, выстукивал какой-то замысловатый ритм по крышке стола, где были разбросаны его недавние записи. Страница, венчавшая стопку бумаг, была исписана торопливым мелким почерком и содержала те немногие данные, что учёному удалось получить о человеческой женщине, недавно пополнившей круг обитателей Лас Ночес. Заэль пробовал обдумать происходящее, но так ушёл в мысленные эксперименты, что со стороны мог показаться впавшим в глубокий ступор.

Из этого оцепенения учёного вывел стук собственных пальцев по столешнице и сигнал одного из лабораторных датчиков реяцу, возвещавший о приближении кого-то из Эспады. За последний час Гранц пытался слишком многое обдумать и настолько погрузился в мысли, что перестал обращать внимание даже на неудобное положение собственного тела, и накопившееся напряжение уже давало о себе знать ноющей болью в шее. Заэль на мгновение замер, а затем сжал руку в кулак, хмурясь и принимая более удобное положение. Этим жестом он словно хотел вернуть себе контроль не только над собственным телом, но и над сложившейся в замке ситуацией.

Недавние события оставили у Гранца странное послевкусие, дать точное определение которому удавалось с трудом. Если не считать довольно любопытного трофея, вылазка в мир людей провалилась, и учёному приходилось признавать этот неутешительный факт. Столкновение сразу с двумя квинси, пусть один из них и был ни на что не годен, привело к провалу той миссии, ради которого октава покидал лабораторию. Как ни странно, его встретили без лишних вопросов, но вежливо и настойчиво, как это умел один лишь Айзен, изъяли объект исследования, Иноуэ Орихиме, из доступа, оставив Заэля ни с чем.

Ещё одной новостью, ждавшей Гранца при возвращении, оказалось внезапное появление Неллиел. Мнение, что она вместе со своей никчёмной фракцией сгинула где-то в пустыне, приходилось отбрасывать, как приходилось и разбираться, что же будет с самим учёным, если его причастность к этому инциденту станет достоянием общественности. Однако до настоящего момента никто и не думал интересоваться делами октавы, о нём и постигшей его неудаче как будто забыли, и Заэль хотел воспользоваться этим временем для передышки.

Он снова окинул взглядом привычное помещение – высокие потолки, небольшие окна, за которыми виднелось ночное небо, книжные полки, диван напротив рабочего места самого учёного и полупрозрачная дверь в помещение с его нынешними разработками и подопытными оставались на своих местах и казались единственным, что могло сохранять постоянство в последние дни. Формулируя этот вывод, Гранц понял, что смертельно устал. Впрочем, об отдыхе думать пока не приходилось – датчик снова неприятно затрещал, как старый дверной звонок, напоминая о необходимости принять не кого-то, а Улькиорру, который уже практически входил в двери, не удосужившись постучать или каким-то иным образом оповестить о своём визите. Чувствуя раздражение, октава отключил датчик.

Присутствие других арранкаров в лаборатории всегда казалось учёному вмешательством в личное пространство, которое он предпочитал защищать всеми доступными способами – от толстых стен до хитроумных систем слежения за окрестностями. Но возразить явившемуся без предупреждения кватро, предложив зайти попозже, Заэль всё же не мог, и, стараясь не выдавать своей досады, наблюдал за мрачноватой фигурой посетителя. Октава не знал, что именно известно Шиферу и чего стоит ждать от этой встречи – тот мог с одинаковым выражением лица и сообщить о том, как начальство признательно учёному за его работу, и напасть, если бы имел соответствующие инструкции.

– О, это ты, Улькиорра, – отозвался Гранц с полу-удивлённой усмешкой, не вставая со своего места, но разворачиваясь к вошедшему и разглядывая его. Октава давно приобрёл привычку наблюдать за эмоциями окружающих: это всегда помогало находить чужие слабости и понимать, чего от кого ждать. С Шифером подобная тактика работала плохо – закрытый и как будто замороженный, он всегда производил впечатление гипсовой посмертной маски, запечатлевшей последний вздох покойника достаточно эксцентричного, чтобы оставить живым родственникам такое напоминание о себе. Но сейчас обычно мрачное и невыразительное лицо четвёртого уже не казалось застывшим – в его чертах поступало сомнение, на переносице наметилась едва заметная тень, вот-вот грозившая перерасти в такую же неясную морщинку, а остекленевшая пустота в глазах сменилась лёгкой заинтересованностью. По этим неочевидным признакам несложно было догадаться, что Улькиорра из-за чего-то беспокоился, хотя и не мог выразить это состояние; возможно, он и сам не замечал собственной тревоги, погружаясь в мысли, словно возводя с их помощью стену, способную укрыть от любых переживаний.

– Располагайся, если хочешь, – Заэль неторопливо поправил очки и указал почтившему его своим присутствием гостю на небольшой диван у противоположной стены. Октава так и не стал подниматься со своего места, только посмотрел на четвёртого прямо и несколько напряжённо, потому что предстоящий разговор был ему противен, а ощущение, что «старший брат» следит за ним, а заодно и за всеми остальными арранкарами, становилось всё отчётливее. Хотя октава и понимал, что вряд ли всё обойдётся выхолощенной светской беседой о ничего не значащих вещах вроде погоды в мире людей, ничто не мешало ему оттягивать неприятный момент, маскируя это действие под соблюдение негласных правил вежливости.
– Ты прав, новостей в последнее время действительно много, – неопределённо и уклончиво, но всё же с любопытством подхватил учёный предложенную нить разговора. – И о чём же ты хочешь меня спросить? – Закончив фразу, Гранц невольно сощурился и усмехнулся, словно посвящая Улькиорру в какую-то тайну, которую стоило сохранить любой ценой.

+3

4

Несмотря на визит, Улькиорра ничего особого не ждал от встречи: она одинаково могла закончиться как успехом, так и полным провалом, и исход в большей степени зависел от хозяина лаборатории: Заэль мог с одинаковым успехом как поделиться своими соображениями, так и оставить мысли при себе, а Улькиорре выдать лишь крупицу информации. Они оба были в Эспаде, однако, пересекались разве что на общих собраниях, или на каких-либо поручениях, ровно как все остальные члены армии Айзена. Несложно догадаться: если Шифер пришел сам, ему что-то нужно, в противном случае он по-другому сформулировал цель визита. Он не оповестил о своем приходе, не предупредил и даже не постучал в дверь, в этом, по его мнению, не было никакой необходимости. Глупость. Простая формальность, не более. Реацу, датчики, камеры - Кватро не сомневался, что Гранц был в курсе всего, что творится на его территории.
Хотя Заэль предпринял попытку высказать удивление, на Шифера этот спектакль не произвел никакого впечатления. Только лишний раз показало, что Октава всё знал заранее. Манера речи, жесты, поведение. Прошло всего несколько минут, а атмосфера в лаборатории уже успела измениться; оба арранкара не хотели находиться в обществе друг друга, но Заэль зачем-то растягивал время и проявил своего рода гостеприимство. Шифер не сдвинулся с места, даже не бросил мимолетного взгляда в сторону дивана. Располагаться? Улькиорра пришел сюда не затем, чтобы хорошо провести время за незамысловатой беседой, и знал, что сам Заэль всё понимает, но просто притворяется. Отвратительно.
- Нет необходимости, - наконец, заговорил Кватро. - Я не за этим сюда пришел, Заэль.
Он смотрел на хозяина лаборатории так же прямо, не моргая, но взгляд не выражал ровным счетом ничего, что нельзя было сказать о Гранце. Напряжение, неприязнь. Даже сейчас ученый сохранял самообладание, что снова, не впечатлило Улькиорру. Неторопливо, нехотя, но Октаве пришлось дальше развить начатый разговор, но действовал он осторожно, уклончиво. Предсказуемо.
- Неллинел Ту Одершванк. Я нашел её в необычном для арранкара состоянии, хотя она считалась пропавшей. Айзен-сама с помощью силы Хогиоку вернул ей первоначальный облик, но это не отмеменяет факта, что она была ребенком. Арранкаром со сломанной маской. Я хочу знать твоё мнение, Заэль.
Голос Кватро звучал ровно, но не отменял факта, что Улькиорра хотел получить развернутый ответ на свой вопрос, несмотря на то, что вопроса как такового не было. Даже не просьба и не приказ. Чисто как факт - ответы были нужны, и нужны были именно сейчас. Это ни любопытство, ни интерес, а проверка собственной теории. Шифер был практически уверен в том, что бывшей Терцеро кто-то "помог". Ему было плевать на восстановление справедливости, на того, кто это сделал и на саму Нелл в частности. Если кто-то действительно замешен в этом деле - он нарушил правила, что по сути и не устраивало Улькиорру.
Гранц не выполнил последнее поручение. Несмотря на это, никто не расспрашивал его о деталях и не пытался докопаться до сути. Возможно, потому что она была как на ладони, мотивы Октавы были понятны. Рыжая женщина была нужна Айзану-сама. Именно поэтому Иноуэ Орихиме заключили в комнате в другой части Лас Ночес. Только из-за своей нужности она была ценной.
- Не думал, что та женщина так тебя заинтересует. Она всё равно обычный человек. Не было смысла торопить события.

Отредактировано Ulquiorra Cifer (2017-01-08 09:47:09)

+3

5

Наблюдая за Улькиорой, учёный ловил себя на странном ощущении, будто он пытается произвести впечатление на сообщника в каком-то неприглядном деле, отказываться от которого уже поздно. Непрошенный гость так и остался стоять посреди комнаты, порождая ассоциации с экспонатом кунсткамеры, выставленным на всеобщее обозрение. Прямой взгляд, который незнакомым с Улькиоррой мог бы показаться исполненным глубокого внутреннего покоя, снова останавливался на Заэле, как будто четвёртый таким образом требовал сосредоточить на себе всё возможное внимание хозяина лаборатории. Заявляя о своих намерениях, он, казалось, возвращался к обычному состоянию и переставал замечать всё, кроме вопросов, которые подразумевал под несколькими фразами, произнесёнными всё тем же ровным и лишённым эмоций голосом. Все действия Шифера словно призывали разгадать, что же находится в их основе, заранее обещая неудачу любому, кто отважится попробовать.

– О, разумеется, ты пришёл ко мне  за информацией, и я ценю это, – Гранц примирительно поднял вверх ладони, а затем нарочито медленно откинулся на спинку своего кресла и опуская руки на подлокотники. Если уж кватро предпочитал пренебрегать собственным комфортом, учёный, видя это решение, сам ему следовать не собирался. Одновременно с этим Заэль понял, что последний жест похож на попытку защититься от излишнего количества так и не прозвучавших вопросов, что делало его крайне неуместным.

Слушая Улькиорру и запоминая сказанное, октава старался воссоздать картину известного своему скупому на подробности собеседнику. С удивлением он отметил, что не прозвучало ни одного слова о квинси, и это несколько упрощало насущные задачи. Сейчас Гранц хотел не так уж много: выяснить, что вообще известно о Неллиел и её последних воспоминаниях, а заодно избежать подозрений о своей причастности к инциденту со сломанной маской теперь уже бывшей третьей. К тому времени, когда ему самому стоило перейти к ответам, учёный не смог удержаться от вывода, что все мужские разговоры в определённый момент неизбежно скатываются к обсуждению женщин.

– Сломанная маска? Это не так просто сделать, да ещё и без подручных средств. Однако вернулась Неллиел как нельзя кстати, – произнося это, учёный выглядел так, словно столкнулся с необъяснимой загадкой, заставшей его врасплох, и оставалось надеяться, что истинная причина этой растерянности останется неизвестной его визави. Гранц мысленно воссоздал образ девочки, истекающей кровью за стенами Лас Ночес в окружении своих увечных слуг. В тот памятный день октава так и не смог узнать, почему Неллиел не просто оказалась поверженной в бою, но и изменила свой облик. У него была пара догадок, но проверить их на достоверность пока не предоставилось возможности. Задумавшись над ответом на несколько секунд, учёный поправил очки, закрывая лицо ладонью. Сейчас он мог высказать примерно те же предположения, что и в недалёком прошлом, когда наблюдал за той скорбной сценой со стены замка:

– Никогда не сталкивался с подобным. Возможно, из-за травмы она потеряла слишком много рейацу, и физическое воплощение не смогло этого выдержать, – воспоминания учёного на счёт бывшей третьей были не особенно чётким, записей толком не осталось, и он мог лишь гадать о том, что в итоге произошло с поверженной Неллиел. Однако, в отличие от него, Улькиорра был способен не просто запечатлевать события, с которыми столкнулся, но и воспроизводить их во всех деталях. Решение было очевидным, оставалось только убедить четвёртого согласиться:
– Знаешь, мне крайне неудобно просить об этом, но ты же всё видел своими глазами и можешь показать мне, какой она была, не так ли? – Гранц выпрямился, глядя в упор на собеседника, хотя и без той невозмутимой холодности, что сквозила в чертах Шифера: – Так мне будет проще разобраться в произошедшем, а это, как ты понимаешь, в общих интересах, – Заэль вернулся в прежнее положение, снова чувствуя усталость, однако продолжал смотреть на безмолвного визави. Он мысленно отнёс своё состояние к череде последних неудач, но всё же перешёл ко второй части разговора:

– Что же касается Иноуэ Орихиме, в свете последних событий её способности могут пригодиться, они в своём роде уникальны, – Гранц взял страницу, где попробовал разобрать природу возможностей человеческой женщины, и, бегло просмотрев несколько строк, неаккуратно отбросил обратно на стол, нарушая общий порядок. – Я это знаю. Ты это знаешь. Айзен-сама это знает, – октава говорил всё более размеренно и непринуждённо. – Вполне естественно, что я не стал отказываться от возможности привести её в Уэко Мундо, пока кто-нибудь нас не опередил, – учёный недоумённо пожал плечами, как будто вынужден был объяснять очевидное и, снова вспомнив последнюю фразу Улькиорры, позволил себе вслух предположить о её причинах:

– Так ты говоришь, я поторопил события? Получается, у тебя уже был приказ доставить эту женщину в Лас Ночес, – Будничная и безличная интонация, с которой Гранц произнёс это предложение, оживлялась только лёгким прищуром и ироничной усмешкой. Отсутствие интереса к разговору и досада отступали, и учёный осознавал, что сейчас оказался лицом к лицу с редкой возможностью поисследовать крайне странный для мира пустых феномен – необоснованную преданность Улькиорры нынешнему руководству и кажущееся невероятным доверие к нему со стороны шинигами. Сознание постепенно заполнялось новыми вопросами, но октава знал, что задавать их напрямую неосмотрительно и непрактично. Однако желание узнать больше о странном статусе четвёртого, который был при Айзене одновременно и доверенным лицом, и оруженосцем, настойчиво оставалось в центре внимания Заэля, оттесняя в сторону даже события вокруг Неллиел. Произнося следующую фразу, он начинал понимать, что не может позволить себе права на ошибку:

– Степень, в которой Айзен-сама доверяет тебе, просто поразительна, – продолжил учёный, и удивление  в его словах не было наигранным. – Надеюсь, я не лишил тебя его благосклонности? – Гранц не имел ничего против обсуждения неоднозначных тем, но предпочитал, чтобы неоднозначными они были для собеседника.

+2

6

У Улькиорры не было доказательств, или веских оснований что-либо предполагать, он основывался лишь на одной своей интуиции, а как правило, в подобных вопросах одной интуиции мало. Под подозрение попадали все, но с таким же успехом можно не подозревать никого. Ннойтра. В прошлом его бесила и раздражала Нелинелл, они постоянно устраивали спарринги, и Квинта ни разу не смог превзойти Трес. Едва ли он бы смог в одиночку провернуть дело. Вывод: нарушителей было как минимум двое, однако, Улькиорра при всем желании не мог назвать имен или хотя бы предположить. Остальным незачем избавляться от Нелинелл, и командным духом Эспада никогда не отличалась.
- Я тоже думал об этом, - наконец, сказал Улькиорра. – Что ты имеешь в виду, Заэль? Я нашел Нелинелл, когда Айзену-сама нужны были Васто лорды для пополнения армии. Не более, чем совпадение. Её могли никогда не найти.
Заэль пока что не сказал ничего конкретного, выдал лишь очевидные факты, но это было вполне ожидаемо: Шифер не рассчитывал на конструктивный разговор. Не так просто сломать маску арранкара, тем более, третьей в Эспаде? Гранц говорил слишком очевидные вещи, Улькиорра с самого начала понял, что Нелинелл помогли, и для этого нужна была большая сила. Сейчас, в лаборатории, он попросту тратил время. Октава рассуждал дальше, и Кватро внимательно его слушал и запоминал каждое слово. Они топтались на одном месте. Снова факты, до которых мог додуматься любой, будь у него хоть капля мозгов. Это уже начинало раздражать.
- Если тебе нечего сказать, кроме предположений, то мы зря тратим время.
Кватро пришел за информацией, и это даже отметил сам Октава, но никакой по-настоящему полезной информации не было. Заэль всего лишь оглашал собственные мысли и догадки Шифера, из чего можно было сделать один вывод: Улькиорра двигался в нужном направлении. Посчитав, что разговор больше ни к чему не приведет, Улькиорра развернулся и сделал несколько шагов к выходу из лаборатории. Он не стал дожидаться комментариев относительно Иноуэ Орихиме, поскольку сейчас это было не так срочно и важно. Айзен-сама не посчитал нужным разобраться в этом вопросе, а для самого Шифера рыжая женщина не представляла никакого интереса. Голос Заэля заставил Улькиорру остановиться. Арранкар полуобернулся к ученому, и заметил, что Гранц даже выпрямился в своем кресле. Предложение показать всё, что Шифер увидел, было неожиданным, однако, эмоционально Кватро никак не отреагировал. Разобраться в произошедшем? В пустыне не случилось ничего сверхъестественного, чтобы досконально что-либо изучать. Всего лишь случайная встреча. Совпадение. Улькиорра не собирался тратить свои силы на подобные глупости, и что важнее, не собирался тратить силы по первому зову Октавы. Шифер полностью развернулся к Заэлю.
- Ты не можешь представить себе мелкую сопливую девчонку со сломанной маской? – Кватро смотрел на собеседника в упор, совершенно не моргая. – Я услышал достаточно предположений.
А разговор медленно перешел к Иноуэ Орихиме, и раз Заэль сам решил развить тему, то Шифер не видел причин его останавливать. Надобность уходить из лаборатории так же отпала. И снова очевидные и ожидаемые фразы. Да, Улькиорра не отрицал уникальность способностей земной женщины, но никак не мог понять, почему только из-за них ей поднимают планку? Иноуэ Орихиме – совершенно обычный человек, причем не отличающийся твердостью и уверенностью в себе. Отвратительно. Она только стояла и кричала, и была не в силах что-то сделать. Пыталась, но этого было недостаточно.
- У тебя был другой приказ, Заэль. Ты с ним не справился.
Улькиорра не собирался переводить тему на квинси, но Гранц так много говорил о рыжей девушке, что казалось, считал её «поимку» своим личным достижением. Это раздражало. Несмотря на то, что ученый понял, кому конкретно было отдано распоряжение доставить Иноуэ Орихиме в Лас Ночес, эти слова нисколько не задели Шифера.
- Ты сказал, что привел с собой эту женщину, чтобы нас никто не опередил, - начал Кватро. – Её способности могут заинтересовать квинси, но мы ничего не знаем о нашем враге. Если они явятся за ней в Уэко Мундо, ты уверен, что переживешь вторжение?
Убийство Зоммари, ранения Старрка. Эти события никак не волновали Улькиорру, он не видел врагов своими собственными глазами, а значит, не верил в какую-то их силу. Остальные члены Эспады были непохожи на Шифера. И вполне возможно, первое вторжение оставило какой-то след в их сознании. Но что это значит для ученого Лас Ночеса Кватро не знал и даже не догадывался. Заэль тем временем продолжал. Он пытался повернуть разговор в другое русло. Надеялся, что Шифер разговорится, или что-то ещё? Благосклонность… доверие… эти слова не имели никакого значения. Айзен-сама считал необходимым доверять Шиферу? Пожалуйста. Возможно, кто-либо ещё гордился подобным отношением, но только не Улькиорра. Благосклонность? Глупости. В отличие от Гранца, Шифер выполнял приказы четко и без осечек. И обязательно бы доставил Иноуэ Орихиме в Лас Ночес, когда бы пришло время. Октава попросту поторопил события и сделал не то, что от него требовалось.
- Как глупо, Заэль. Провалил одно задание, но гордишься тем, что сделал то, чего от тебя не требовалось?

+1

7

Слушая Улькиорру, учёный всё больше убеждался в том, что обычная немногословность четвёртого шла тому гораздо больше. Если бы сейчас в качестве развлечения Заэль захотел вывести формулу осмысленности слов Шифера, то обнаружил бы обратную зависимость по отношению к количеству сказанного. Впрочем, пока стоило сосредоточиться на тех обрывках смысла, которые можно было выхватить из всей речи.
Октава не особенно рассчитывал на то, что сможет снова увидеть Неллиел в облике ребёнка, и воспринял отказ как нечто само собой разумеющееся, как вполне допустимый ответный ход, нужный ему самому для поучения дополнительного времени на раздумья. И такое решение оказалось не бессмысленным: чрезмерное внимание Шифера к инциденту выглядело странно даже в понимании Гранца, окажись он сторонним свидетелем происходящего. А любое необычное событие, если верно расставить акценты, всегда можно использовать ради собственных целей, будь то отведение от себя подозрений или смена темы разговора. Заэль расслабленно усмехнулся этим мыслям и, склонив голову набок, наблюдал за тем, как его визави то поспешно направлялся к выходу из лаборатории, то так же стремительно возвращался обратно. Такая кардинальная смена интереса к обсуждаемым вопросам за столь краткий промежуток времени могла бы показаться странной и не вписывалась в тот ореол беспристрастности, который обычно окружал четвёртого в Эспаде, чем тоже можно было воспользоваться. Усмешка застыла в глазах Гранца, и он заговорил, стараясь сохранить серьёзность и не упустить детали реакции на свои слова:
– Я могу представить много чего, даже сопливую девчонку со сломанной маской, хотя, я уверен, это отвратительная картина, так что понимаю твоё нежелание показывать мне подобное, – учёный снисходительно усмехнулся, и непонятно было, кому он сочувствует больше – Улькиорре, столкнувшемуся с Неллиел при довольно странных обстоятельствах, или ей самой, так неудачно втянутой в чужую борьбу за статус. Следующий шаг Заэля был довольно прост: не только изобразить ничего не знающего, но заинтересовавшегося стороннего наблюдателя, но и воспользоваться неожиданным интересом четвёртого. Хотя разговор и напоминал прогулку по тонкому льду, октава начинал чувствовать себя свободнее, а потому позволил себе неторопливо продолжить рассуждать вслух, всё больше вживаясь в выбранную роль:
– Однако позволь не согласиться. Грамотное предположение – это вопрос, ответив на который, можно получить всю необходимую информацию, – акцентируя внимание собеседника на своих словах, он поднял вверх руку, указывая куда-то в потолок. – Неллиел ведь была выше тебя по званию. Насколько я знаю, многие были недовольны тем, что женщина не просто входит в состав Эспады, да ещё и считается одной из сильнейших, – Гранц остановился на несколько секунд и неопределённо махнул рукой в сторону: – Да, я понимаю, что это не твоя личная заслуга, что она нашлась, а лишь совпадение. Разумеется, ты не мог ничего знать о её судьбе, – продолжая рассуждение всё тем же будничным тоном, он перевёл взгляд на собравшегося было уйти Улькиорру:
– Никогда бы не подумал, что она так тебя интересует.
Завершив фразу, Заэль разве что вслух не сказал, что подумывает о причастности своего собеседника к пропаже бывшей третьей, но не стал углубляться в рассуждения о мотивах Улькиорры. Для себя он давно решил, что нет смысла приписывать другим причины их действий, гораздо интереснее наблюдать, как они выдают себя с головой, сталкиваясь с неожиданными намёками.
– А что касается приказов… – Пользуясь возникшей паузой, учёный продолжил говорить, хотя вторая тема разговора и вызывала у него неприятные воспоминания. – Любой из них рассчитан на определённые обстоятельства, и в моём случае они очень отличались от предполагаемой расстановки сил. Мои действия были единственным разумным вариантом, – он слегка нахмурился, словно досадуя на обстоятельства и распоряжение Айзена. Что-то всегда подсказывало Гранцу, что в случае поражения в открытом бою он вряд ли отправится на перерождение и сможет начать всё с чистого листа, а недавнее столкновение с семейством квинси только усилило тягостный страх забвения, возникавший всякий раз при упоминании реальной опасности. Впрочем, уже через секунду он смог вернуть себе обычное снисходительно-заинтересованное выражение лица: 
– Но, как видишь, встречу с двумя квинси я пережил без особых потерь. Думаю, я и в следующий раз смогу избежать гибели, – заканчивая эту фразу, Заэль почти улыбался. Как бы то ни было, свидетелей его неудачи не было, да и вряд ли бы кто-то стал спрашивать саму Иноуэ Орихиме о действительной цепочке событий, приведших к её исчезновению из Каракуры.
Последний вопрос учёный вполне осознанно проигнорировал. Слышать, как его действиям дают самое примитивное объяснение среди всех возможных вариантов, было крайне досадно, хотя в одном Улькиорра и угадал – Гранц действительно чувствовал гордость, хотя и связанную с его собственными способностями и следующей из них живучестью.

+1

8

Бессмысленная трата времени. Возможно, Заэль и заинтересовался темой разговора, но продолжал упорно не выдавать ровным счетом никаких четких предположений, и в свою очередь пытался вытянуть из Улькиорры больше информации, но последний уже рассказал всё, что считал нужным и получил все возможные ответы. Шифер продолжал слушать Октаву, не обратил внимания на явно выделенные слова, но отвел взгляд, когда ученый поднял руку к потолку.
- Я сказал, что услышал достаточно, Заэль.
Перемена в настроении Гранца была заметна, он словно попал в родную стихию и чувствовал себя там заметно уверенней. Без лишних слов, Улькиорра развернулся и повернулся к ученому спиной и сделал пару шагов к выходу. Внезапные рассуждения со стороны хозяина лаборатории о Неллинел не остановили Шифера, но заставили заострить внимание. Нет, Октава не говорил ровным счетом ничего нового или откровенно говоря, интересного,  но в этот раз слова касались Кватро. Косвенно, вскользь, но касались. Заэль ошибался: Улькиорре не было дела до того, что какая-то девчонка состоит в Эспаде и занимает третье место. Если Айзен-сама посчитал нужным дать ей именно этот номер – то на это было причины. Это всё. Единственный, кого откровенно не устраивала ситуация –  был Ннойтора, однако, ему ни разу не удавалось победить Неллинел. Смог бы он один сломать её маску? Вряд ли. В первый раз Улькиорра не стал останавливаться, но когда Гранц продолжил впутывать его в истории, просто не мог проигнорировать это. Шифер замер на месте и полуобернулся на ученого. Взгляд был стеклянным, но в то же время пронизывающим. Кватро не чувствовал ни раздражения, ни нарастающей злости.
- Девчонка совершенно меня не интересует. Я спросил, каким образом арранкар мог обрести детскую форму.
Будь на месте Одершванк любой другой арранкар, ситуация не поменялась. Улькиорра так же стоял бы тут и вел с Заэлем разговор. Его не волновала девчонка. Его волновал тот, кто сделал это с ней. Нарушитель. Естественно, Заэлю этого знать необязательно, а уж при желании он сам мог прийти к нужным выводам. Неожиданно ученый стал выдвигать подозрения в сторону Улькиорры, активно намекая на то, что именно Шифер мог сломать маску. Не Ннойтора, который тоже случайно оказался на месте обнаружения бывшей Терцеро,  потому что зачем-то решил проследить за Кватро, а именно Улькиорра. Казалось, Гранц не хотел решить возникшую проблему, а наоборот, ещё больше запутать и уклониться от прямых ответов. Обвинил Шифера после того, как он сам пришел к ученому. Обвинил не сразу, а в самом конце, когда разговор подошел к завершению. Подлил масла в огонь. Перемена в настроении и поведении не играла на Гранца в глазах Кватро. Заэль Аполло Гранц, единственный ученый Уэко Мундо. У него не было явных причин совершать нечто подобное, но как эксперимент – возможно. Прямых доказательств не было.
После Заэль вновь вернулся к другой части разговора, которая успела потерять для Шифера всякий интерес, но он продолжал стоять на месте. Улькиорра предпочитал заканчивать разговор, а не уходить посередине фразы.
- Вот как, - Кватро даже не стал комментировать. В этом не было необходимости. – На этом всё.
Обозначив, что больше не собирается терять попусту время в лаборатории, Улькиорра отвернулся от ученого и направился к выходу ровной и уверенной походкой. Оставалось желать, что Заэль не будет в энный раз задерживать Шифера, и просто даст спокойно уйти.

+1


Вы здесь » Bleach. Changing History, Unchanging Heart » Storyline » Иногда стоит сделать странный выбор, чтобы понять, насколько ты прав.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC